У нас благодатная страна для любителей поиска старины. Что ни смута – то клад. А спокойных лет без войн, революций, грабежей и экспроприаций за последние три века было не очень много. Люди доверяли сбережения земле, устраивали тайники и схроны в стенах, на чердаках, в печах и подвалах домов, дворовых постройках.

Говорят, найти клад легко, а искать тяжело. В 1970–е годы на территории Австралии с помощью металлодетектора был найден золотой самородок весом 27 кг и стоимостью под миллион долларов. Эта находка положила начало электронной золотой лихорадке – поиску золота и кладов с использованием специальных приборов. В последнее время кладоискательство стало распространенным хобби и на территории нашей страны. Количество пензенских копателей перевалило за две сотни. В прошлом году на территории нашей области состоялся третий слет кладоискателей.

Золотых самородков в Пензе, правда, не находили, а вот николаевские червонцы – бывало. Еще больше распространены серебряные монеты, ну а медных попадается в разы больше, особенно рас-пространены деньга и полушка времен правления Анны Иоановны, за что их справедливо прозвали «царицей полей». Накопать за сезон 300–400 медных монет, имея опыт поиска и освоив прибор, вполне реально.

Я знаком с людьми, на счету которых не один клад. Несколько лет назад «коллега» в одном из сел Каменского района поднял из земли два бочонка с «пятаками» Екатерины II и горшок с рублями Елизаветы Петровны.

Хочется отметить, что финансовая составляющая кладоискательства – значимый, но… не основной мотив. Алексей Елизарьев, иркутский кладоискатель, как–то сказал: «Мужику постоянно нельзя сидеть дома. В каменном веке мужчины шли на охоту, а женщины охраняли очаг. А сейчас мужика хотят привязать к очагу, а потом удивляются, почему он начинает пить».

Монетный поиск чем–то похож на рыбалку или охоту, только убивать и травмировать никого не надо. Идешь тихо по полю и слушаешь сигналы металлодетектора. Извлекли вы, например, из земли мелкую монету года так 1735 и думаете: «Ведь почти триста лет назад кто–то собирался купить что–то на нее, может, просто в кабак отнести, но почему–то обронил». Таким образом мы прикасаемся к истории. Но не в музее, где все полировано и почищено. Сработал сигнал – и не знаешь, что нахо-дится там, внизу: малоценная безделушка или настоящий раритет.

На практике, чтобы находить монеты, не говоря уже о настоящем кладе, нужно потрудиться: «пе-релопатить» массу информации о местах поиска, определить перспективные точки. Для этого нужно вплотную работать со старинными картами, причем с разными, сопоставляя и сравнивая с современными, а также с архивами для получения сведений об интересующем поселении. Давно известно, что чем богаче и многолюднее деревня, тем больше монет терялось. А если село торговое, с ярмаркой, базаром, лавками, питейными домами, трактирами, постоялым двором и т.д., то концен-трация «потеряшек» в таких местах в разы выше.

Впрочем, для тех, кто хочет обогатиться на кладоискательстве, припасено немало бюрократиче-ских ухищрений. Нашел клад – и что дальше? По закону, половина принадлежит собственнику земли или строения, где вы обнаружили ценности. Если вы действовали без разрешения, клад полностью переходит к владельцу участка – а нечего без разрешения в чужой земле рыскать. Если в кладе присутствуют вещи, имеющие историческую ценность, тогда он переходит в собственность государства, а половина его стоимости возвращается нашедшему и собственнику земли в равных долях. Но возникает вопрос с оценкой – государство стремится «немного» занизить стоимость находок. В принципе, на интернет–форумах такая информация есть, и можно попытаться продать клад самостоятельно.

Говоря о добросовестности поиска и «сбыта» найденного, можно упомянуть о том, что все копатели на «копательском» сленге делятся на «чёрных» и «белых». Для «черных копателей» главное вы-года, нажива, ради которой они готовы переступить законы. И не только морали и этики, но и государственные. Например, можно раскопать древний курган. Или вскрыть захоронения в местах крупных боёв, перебирая, в буквальном смысле, кости убитых. В карму свою «кладоискательскую» нагадишь будь здоров. Зато потом форумы пестрят объявлениями о продаже наград, элементов эки-пировки и знаков различия солдат и офицеров. Кстати, снаряжение вермахта ценится среди коллек-ционеров и любителей подобных вещей гораздо выше. Наиболее ценными являются немецкие находки с символикой «электриков» – войск SS.

Для «черных копателей» не осталось ничего святого. У них существуют лишь изуродованные представления о мире, подкрепленные жаждой быстрого обогащения. Недавно случилось подвозить такого горе–копателя. Этот моральный урод хвастал тем, что прошлым летом откопал старинное золотое кольцо весом в пять с половиной граммов. Сам я извлекал из земли с десяток всяких коле-чек, узорных и обычных, серьги, печатки, но все они были из меди. Хотел было поздравить с удачной находкой, но выяснилось, что вещь он достал с глубины… двух метров из чьей–то могилы. И еще сокрушался: якобы его знакомый знает, где похоронены казаки с ценными наградами, но не говорит ему об этом.

В общем, дорогие читатели, «черное» кладоискательство – это иногда банальный вандализм и осквернение могил. А об этом одобрительно, как правило, и не говорят, и очень часто за это просто больно бьют лицо.

Второй промысел «черных копателей» – оружие, огнестрельное и холодное. Если люди просто бродят по лесам в поисках оружия второй мировой, рискуя при этом подорваться на мине, они не вызывают у меня такого отторжения, как те, кто грабят могилы. В конце концов, риск – благородное дело и какой–никакой естественный отбор.

«Белый копатель» ближе по своей сущности к истинному археологу. Его интересует историческая ценность находок и, собственно, история. Разумный человек, уважающий закон, для которого «па-мятники архитектуры» – не просто слова, древние захоронения никогда не осквернит. В приличном обществе считается правильным закапывать за собой даже небольшие ямки.

Но может случиться и так, что человек воспринимает кладоискательство уже не просто как веселый и познавательный способ досуга (почитал историю деревни – вооружился металлоискателем – нашел пару монет), а начинает фанатстовать. Такие люди ищут монеты и зимой, когда приходится долбить мерзлую землю.

Поездки в полузаброшенные деревни, трапезы в поле у костра, пара десятков километров пешком и осознание того, что любому может повезти – это, как и любая азартная мужская забава, здорово. Свежий воздух, природа, пища для размышлений, знакомство с местными. К которым, может быть, не то что внуки, а вообще живая душа, дай Бог, раз в столетие забредает. А кто ещё в полузаброшенных деревнях живет, как не одни старые, забытые бабки с дедками?

Любой кладоискатель мечтает о том моменте, когда его лопата ударится о сосуд с монетами, пролежавший в земле несколько веков. И он, после сотен «безрыбных» поисков, наконец–то станет обладателем самого настоящего клада.

Отвтавть комменатрий