Лишь в редкие минуты Кристос Соуровелис может отдохнуть от работы в доме своей мечты в пригороде Филадельфии. «Я работающий человек. Я работаю каждый день, 6 дней в неделю, даже 7, если будет нужно», — говорит Соуровелис.

Однажды в марте этого года без предупреждения правительство конфисковало его дом, хотя он и его жена, Маркелла, никогда не обвинялись в совершении преступления или каких-либо правонарушениях.

Кошмар начался тогда, когда полиция арестовала их 22-летнего сына, Янни, за хранение наркотиков – героина на $40. Власти говорят, что он продавал наркотики прямо из дома. Соуровелисы не знали об этом.

Через месяц с половиной полиция вернулась – на этот раз, чтобы конфисковать их дом, выгнав Соуровелисов и их детей на улицу. Власти отключили электроэнергию и даже начали блокировать двери, чтобы сообщить семье об этом. Власти не будут комментировать точных обстоятельств из-за предстоящего судебного разбирательства по делу.

Дом был конфискован и передан в распоряжение окружного прокурора Филадельфии. Власти сообщили, что дом связан с незаконным оборотом наркотиков и поэтому подлежит конфискации.

За 2 года у почти 500 семей в Филадельфии конфисковали дома и машины. Власти используют закон о гражданской конфискации, который позволяет им налагать арест на имущество людей, которое связано с продажей наркотиков.

Правовой аналитик CNN и адвокат Брайан Кабатек говорит, что закон направлен на защиту населения. «Он препятствует преступлениям и забирает доход, полученный нечестным путём».

Но не все люди, чьё имущество конфисковали, обвинялись в совершении преступления. В отличие от уголовной конфискации гражданский закон позволяет властям конфисковать имущество, даже если собственник не был осуждён, не совершил преступление.

В Северной Каролине имущество может быть изъято, только если собственник на самом деле был виновным в преступлении. В других штатах дело обстоит по-другому.

Юристы Института юстиции недавно подали иск против властей Филадельфии за злоупотребление законом. Кабатек не согласен: «Это хороший закон. Он работает. Но это не значит, что в нём есть спорные пункты, которые нужно исправить. Система постоянно должна меняться».

Только за 1 год Филадельфия подала около 7000 ходатайств по этому делу. Власти Филадельфии изъяли уже более 1000 домов, около 3300 транспортных средств и $44 млн. наличными.

Всего за 2 года $7 млн. направили к заработной плате офиса окружного прокурора Филадельфии и полицейского управления. В тот же период времени записи показывают, что офис окружного прокурора не потратил денег на программы по борьбе с наркотиками и преступностью.

В большинстве случаев власти не проводят конфискацию, так как основной вопрос с недвижимостью будет решён, если будет достигнуто мировое соглашение с собственником имущества, в котором он или она согласятся принять разумные усилия для предотвращения будущей продажи наркотиков в доме».

Только 8 штатов – Мэн, Мэриленд, Миссури, Индиана, Вермонт, Северная Каролина, Огайо и Северная Дакота – требуют, чтобы изъятые средства были помещены на нейтральный счёт. Другие штаты позволяют правоохранительным органам направить прибыль от гражданских конфискаций в фонды по борьбе с преступностью.

Соуровелисы должны были прийти в зал суда и бороться за получение своего дома обратно. Там они столкнулись с прокурором вместо судьи. Через 8 дней Соуровелисов пустили обратно домой, но с условием, что они запретят сыну появляться в этом доме.

Офис окружного прокурора в Филадельфии комментирует: «Мы будем защищать права не только торговцев наркотиками, но и тех, кто связан с этими людьми, законопослушными гражданами».

Отвтавть комменатрий