После того, как о проекте «Провинция» отписались даже убежденные слоупоки, я решил тоже вставить свои «пять копеек».

Не претендую на «полное раскрытие темы»: все, кто хотел почитать восторженные отзывы — начитался их. Поговорим о другом.

Где-то за месяц до дня Хэ я внутренне порадовался, что не будет Гордона и прочих пафосных гостей, которые любят высокие табуретки. Хотя черт его знает: может, он просто такой по жизни и сам этому не рад, страдает от этого, нанимает психотерапевтов за дикие деньги? Или просто играет свою тяжелую роль, как Джигурда какой-нибудь, который молоко за вредность получает?

А роль-то и впрямь тяжела: нехилую часть прошлогоднего бюджета слопали как раз гонорары высоких гостей.

В этот раз бюджетом была сумма с семью нулями. Может, для области это и немного, но не за два же дня.

Ни в коем случае не хочу принижать экзистенциальную ценность «Книжной ярмарки» и вообще всяческих благородных целей, о которых было написано немало после форума. Собраться вместе и порассуждать, купить умной литературы — это дело нужное. Интеллигенция во все времена любила эти штуки. А у Архангельского на мастер-классе Навального раз семь упомянули. Да, отлично: даже наша «глухая провинция» сочувствует ему и его деятельности. Но, как мы видим, в основном только на словах.

Меня интересовало, в частности, практическое приложение столичного опыта в виде другого мастер-класса — весьма уважаемого мной социального журналиста Панюшкина. Остановимся на нем подробнее. Потому что всяческие ноу-хау, на мой скромный взгляд, значительно ценнее, чем возможность ПОГОВОРИТЬ на душеспасительные темы (а то мы сейчас, можно подумать, этого не делаем по кухням и всяким библиотекам с бизнес-инкубаторами).

Социальная журналистика у нас в полной заднице, товарищи. Вот какую мысль успешно донес до нас Панюшкин (ну, не он первый — не он последний). Донес до тех, кто по каким-то причинам был ещё как бы не в курсе. Нет социального заказа на то, чтобы писать максимально правдиво, жалостливо и корректно про проблемы больных детей.

А если кто-то скажет, что это — три взаимоисключающих понятия («правдиво», «жалостливо» и «корректно»), пусть первым бросит в себя камень, поскольку он ничего не понимает в социальной журналистике.

Весь несомненно богатый опыт этого журналиста растворился в рассказе о том, как в дорогих журналах пишутся благотворительные статьи типа «помогите собрать деньги на лечение». Хотя, с другой стороны, узкая тема — как раз то, что нужно, чтобы рассказать о конкретных задачах и их решении.

Кстати, товарищ потом, в своем блоге, не отписался про поездку в Пензу. Хотя тех, кто был на мастер-классе, это не должно удивлять: публика была малоактивная.

На мой взгляд, все нападки на то, что у нас нет вменяемых текстов на эти темы — это претензии к благотворительным фондам. У нас перед журналистами не ставится такой задачи. Может, это цинично звучит в данном случае, но любой профессионал за любую ХОРОШУЮ работу должен получать деньги. Так происходит в крупных городах. Да и вообще тысячи редакций и копирайтеров не могут ошибаться.

Например, предполагается собрать порядка 100 тысяч рублей на лечение ребенка. Почему бы тысячи две-три из этой суммы не отдать нормальному журналисту и фотографу? Мне кажется, тогда бы перестали фигачить листовки, в которых меняется только фотография (ужасного качества, как правило), диагноз и сумма. Все связки в тексте (все три штуки) и прочие слова остаются неизменными.

Хотя мне на это можно парировать: «Если всё работает и так, если и при таком качестве информационного продукта деньги собираются — ну что ты лезешь? Работает — не трогай». Клепают «Территорию добрых дел» с кучей просто недопустимейших ошибок и посылом в духе «всё было нормально, а потом — бац! — приключилась/нашлась какая-то хрень, и вот — мой ребенок теперь инвалид на всю жизнь, дайте денег» – спасибо им большое за это, хоть так зрителей оповестить. Но вообще говоря, это не смешно — там на самом деле всё именно так и снимается. И всех всё устраивает. Зачем тут журналиста нанимать делать классный слезоточивый сюжет, медицински и этически грамотный? А то, что после таких видеороликов детей заводить страшно становится — это уже лично мои, лично ваши и вон той девушки личные проблемы.

Мы упираемся как раз в то, что у нас журналистов научить некому. И кого в этом случае просить делать что-то «по-настоящему грамотное»? И о чем просить? И кто будет за это платить? У нас практически нет людей, которые могут «делать классный слезоточивый сюжет, медицински и этически грамотный».

Насколько я успел понять из общения с представителями благотворительных фондов, задача такая всё же стоит. Ну то есть как «стоит». «Да, хорошо бы были нормальные тексты, хорошо бы тема маленького Васи или неизлечимо больной Маши была корректно подана и были фотографии нормальные сделаны». Ребят, это понятно. Может, уже как-то договориться с нормальными писателями, чтобы они писали правильно-слезоточивые тексты? Благо они у нас в городе все наперечет и все их знают; другое дело, что они могут не согласиться. Но для начала пустить там клич по ЖЖ хотя бы. Да есть варианты. Надо обсуждать — вместе и разом. Насколько мне известно, на совещания для НКОшников журналистов (с целью таким образом посотрудничать) не звали никогда. Обычно просят знакомых или знакомых знакомых написать и снять «что-нибудь душевное» за печеньки. И получается то, что получается.

Если в целом подводить какой-то итог всему этому понаписанному о форуме «Провинция», то ещё раз повторю: странно, что за возможность просто ПОБЕСЕДОВАТЬ в течение двух дней надо отдавать дичайшее бабло из бюджета. В конце концов, библиотека, фактически, каждый день пустует — давайте хоть каждую неделю собираться и обсуждать, как нам спасти если не Россию, то хотя бы Пензас. Сомневаюсь, конечно, что нам там прямо вот каждую неделю разрешат говорить о Навальном. Потому что результат будет предсказуем.

Но кого я пытаюсь обмануть, собственно? Этот форум увиделся мне просто костью за десяток миллионов, которую кинули пензенской интеллигенции в вольер и сказали: «Нате, погрызите». Собачки внутри потявкали скромненько, кость помусолили. Гости разъехались — проблемы остались.

Отвтавть комменатрий